Интервью с председателем Альянса стратегических металлов «СТАННУМ» Леонидом Гильченко о формировании отрасли стратегических металлов в России.
Почему, на Ваш взгляд, сегодня в повестке дня так остро встал вопрос: что такое стратегические металлы и почему эту отрасль нужно развивать?
Возьмите любой смартфон, истребитель или магнит для электродвигателя — и внутри найдете золото, олово, галлий, ниобий, редкоземельные металлы. Без этого набора не работает ни микроэлектроника, ни оборонка, ни авиастроение. Все эксперты Альянса «СТАННУМ» сходятся в одном: технологический суверенитет и обороноспособность страны сегодня напрямую зависят не только от наличия таких металлов «в земле», но и от того, есть ли у нас доступ к этим металлам — возможность их добывать и обрабатывать, превращая в конечный продукт, необходимый промышленным технологиям.
Парадокс в том, что Россия по запасам руд этих стратегически значимых для отечественной промышленности металлов входит в первую десятку стран мира. Но, в мировом производстве самих металлов и сплавов занимает куда более скромное место, и вынуждена экспортировать сырье в низко передельном виде, а затем возвращать его же в виде готовой продукции, в десятки раз больше, чем производим сами. Острее всего это ощущает оборонно-промышленный комплекс. По ряду позиций, как считают наши эксперты, это уже не абстрактный риск, а прямая угроза обороноспособности и технологической независимости.
При этом отрасль долгие годы жила без четкой государственной политики: управление раздроблено между ведомствами, в переработку почти не вкладывались — ни на уровне проектов, ни на уровне инвестиций (проще и выгоднее казалось закупать), а кадровый голод нарастал год от года. Все это и вывело тему в топ повестки — не потому, что кто-то решил ее продвинуть, а потому что дальше откладывать уже нельзя.
Наш альянс как раз и создан с целью аккумулировать весь аналитический и экспертный потенциал, чтобы обеспечить приоритетное формирование отрасли стратегически значимых металлов с заделом на десятилетия вперед. Для этого нужно срочно расшить узкие места — четко сформулировать государственную политику в отношении стратегически значимых металлов, преодолеть фрагментарность управления, недостаток инвестиций в переработку и нарастающий дефицит кадров — все это требует быстрых системных решений именно на государственном уровне.
Сегодня в России не существует четкого определения стратегических металлов, в связи с этим стоит вопрос: как понять, на что именно нужно делать акцент в развитии?
Вот в этом и корень проблемы: единого официального перечня стратегически значимых металлов в стране просто нет. В утвержденном Правительством более 3-х лет назад перечне стратегического минерального сырья 61 позиция (в том числе подземные воды, кварцевый песок и т.п.), и по 17 из них мы критически зависим от импорта. Без четкой классификации невозможно расставить промышленные и технологические приоритеты, спланировать геологоразведку и понять, куда вкладывать деньги.
В связи с вышесказанным мы предлагаем закрепить перечень именно стратегически значимых металлов нормативным актом Правительства — и заложить в методологию отбора, как минимум, четыре критерия: критичность для обороны и высокотехнологичных отраслей; значение для технологического суверенитета; уязвимость поставок и незаменимость в производственных цепочках. Причем реестр не должен застыть раз и навсегда — мы предлагаем оперативно обновлять его вслед за технологиями и рынком. Тогда появится единая основа для планирования, целевого финансирования геологоразведки и оценки рисков импортозависимости, не говоря уже о долгосрочном интересе частных инвесторов.
С чего нужно начать изменения по формированию обновленной отрасли?
С Государственной отраслевой стратегии — без нее все остальное так и останется лишь набором разрозненных инициатив. Для наших экспертов и нас самих это не документ ради документа, а механизм, который свяжет добычу, переработку и внутренний спрос в одну цепочку. Мы уже приступили к формированию Концепции такой Стратегии — в тесном взаимодействии с партнерскими бизнес-объединениями, экспертами Ассоциации, крупнейшими госкорпорациями, академической наукой, профильными вузами и энергетическим сектором.
Но пока Стратегия формируется, ждать нельзя. Эксперты считают важным, чтобы Правительство уже сейчас провело инвентаризацию потребностей ОПК и высокотехнологичных отраслей в стратегических металлах: где конкретно мы уязвимы, сколько импортируем, до какого срока хватит текущих запасов. По итогам такого аудита — утвердить планы импортозамещения по каждой критической позиции, с указанием конкретных сроков, источников альтернативных поставок и программ локализации. И аудит этот должен идти по всей цепочке — от добычи до конечной продукции, с участием ведомств, госкорпораций и науки.
Считаем, что одна из насущных задач связана с изменением подхода к управлению отраслью, которое сегодня раздроблено между ведомствами, а единого координирующего центра просто нет. Такой центр нужен: он должен закрывать весь цикл, от геологоразведки и добычи до создания стратегических резервов. Наша экспертная позиция — при соответствующем решении им могло бы стать Государственное агентство по стратегически значимым металлам, наделенное межведомственными полномочиями, способное перевести отрасль от разрозненных инициатив к единой государственной политике.
Какую роль в формировании новой отрасли может сыграть Альянс «СТАННУМ»?
Работая и с государством, и с бизнесом в горнорудной сфере, мы столкнулись с простым фактом: решения в этой отрасли часто принимаются без учета экспертных мнений. Какие металлы действительно важны для страны? Почему? Какая помощь нужна отрасли? Для ответов на эти вопросы и была создана наша Ассоциация.
Мы видим себя объединением производителей, поставщиков и потребителей стратегических металлов — площадкой, где реально встречаются все звенья цепочки, от геологоразведки до промышленных потребителей на внутреннем и международном рынках.
В первую очередь мы формируем единое профессиональное сообщество, способное влиять на законодательные инициативы, улучшать деловой климат для производства и использования металлов — в России, ЕАЭС и шире, в странах БРИКС. Отдельно занимаемся вопросами промышленного суверенитета и безопасности страны, а также подготовки кадров в профильных вузах.
Ассоциация заключила соглашения о партнерстве с ключевыми игроками рынка: Ассоциацией «Горнопромышленники России», Ассоциацией редких и редкоземельных металлов, Корпорацией развития Дальнего Востока и Арктики, «Росатом Недра», Союзом старателей России, а также ассоциациями, объединяющими предприятия «Газпрома», энергетического сектора и многими другими. Цель у всех этих соглашений одна — единый центр компетенций, реальная площадка делового взаимодействия и консолидированная позиция отрасли в органах власти.
Альянс налаживает отношения с профильными вузами — государству нужно закрывать кадровый дефицит, и члены Альянса уже работают над системой непрерывной профориентации, подготовки и переподготовки специалистов. Совет Ассоциации одобрил создание Экспертной платформы «СТАННУМ» — это будущий единый центр компетенций по стратегическим металлам, куда мы приглашаем признанных авторитетов отрасли, ученых и практиков в добыче и металлургии, специалистов по правовому и финансовому обеспечению.
Высший научно-экспертный орган Альянса, наш интеллектуальный штаб — Совет Экспертов. В его составе академики РАН, ректоры федеральных университетов, руководители крупных предприятий отрасли, первые лица объединений горнопромышленников. Вместе с ними мы готовим стратегические документы, проводим конференции и круглые столы — как на площадке Ассоциации, так и в профильных вузах и организациях.
Так, в конце мая мы совместно с нашими партнерами — Национальным исследовательским университетом «Высшая школа экономики» и Институтом военной экономики провели экспертную сессию «Стратегические металлы: от ресурсов к искусственному интеллекту». Ключевой темой обсуждения стало обеспечение устойчивости военной экономики в условиях обострения борьбы за стратегические ресурсы и технологии. В дискуссии приняли участие более 50 представителей науки, бизнеса и экспертного сообщества, в том числе из стран ЕАЭС, Индии, ЮАР, Израиля, Турции и других стран, а также эксперты нашего Альянса: главный экономист ВЭБ РФ Андрей Клепач, научный руководитель факультета мировой экономики и мировой политики НИУ ВШЭ Сергей Караганов, заместитель директора по научной работе Института народнохозяйственного прогнозирования Российской Академии наук, член Научно-экспертного совета при Совете Безопасности РФ Игорь Фролов и другие.
Стратегические металлы во многом связаны с международной кооперацией, как и с кем планируется выстраивать диалог?
Посмотрите на карту: Россия, Китай, Бразилия, Индия, ЮАР и ОАЭ вместе держат крупнейшие в мире запасы стратегических (в том числе — драгоценных) металлов.
Создание независимой системы — своего рода альтернативы западному Critical Minerals Club, но вне его орбиты — дает России шанс стать «третьим полюсом» в глобальной архитектуре добычи стратегических металлов.
Нужны многосторонние соглашения в рамках БРИКС (и шире) о кооперации в отрасли стратегических металлов, единые стандарты качества и контракты на покупку еще не добытого сырья.
На своей экспертной платформе мы это уже обсуждали и видим смысл в создании постоянной площадки для координации добычи, переработки и поставок между странами-участницами. Такая архитектура снизит зависимость от западных рынков и институтов и создаст альтернативные цепочки поставок. С одной из крупнейших минерально-сырьевых баз в мире Россия может и должна стать ключевым игроком и координатором этого процесса.
Подтверждением этого является тот факт, что иностранные партнеры проявляют активный интерес к сотрудничеству с нашим Альянсом. Так, у нас уже заключены соответствующие соглашения с ведущей китайской консалтинговой компанией «Huahe International» и крупным индийским импортером цветных металлов «Purple Products Private Limited».
Название Альянса «СТАННУМ» связано с оловом, но в разговоре об отрасли в целом олово часто остается в стороне. Какой вы видите роль олова в развитии промышленности на фоне золота, редкоземов и других металлов?
Справедливое замечание, и мне приятно сместить фокус в эту сторону. Олово — металл с уникальной ролью: без него невозможна ни одна печатная плата, ни одна электронная сборка. В технологиях олово — на своем месте, но пока остается в тени интереса государства, редко становится темой громких новостей, в отличие от золота или редкоземов. Хотя еще в самом начале 30-х годов системные подходы государства к развитию промышленности молодой Советской республики начинались с доклада Серго Орджоникидзе о Плане развития именно оловянной промышленности. А недавние нобелевские открытия показывают огромный потенциал его использования в самых передовых современных технологиях.
При этом Россия — единственная в мире страна, где идет активное расширение добычи олова именно сейчас, в то время как большинство мировых месторождений истощаются. Развитие оловянных месторождений в Хабаровском крае, перспектива освоения Пыркакайских штокверков (россыпных месторождений) на Чукотке, работа таких компаний, как «Русолово» и «Янолово», — это, без преувеличения, редкий пример того, как страна может нарастить долю на мировом рынке конкретного металла в момент, когда конкуренты, напротив, теряют объемы. Для отрасли электроники и оборонной промышленности это стратегический актив, который сегодня недооценен именно потому, что не звучит так же громко, как драгметаллы или редкоземы.
Какие конкретные решения или документы уже удалось довести до результата — не просто соглашение о партнерстве, а реальный кейс, где позиция Альянса повлияла на нормативную практику?
Здесь я предпочитаю быть аккуратным в формулировках, потому что отраслевая политика — процесс небыстрый, и было бы преувеличением сказать, что мы уже что-то «провели» в одиночку. Но есть предметные вещи.
Мы подготовили и направили в профильные ведомства аналитическую записку по критериям отнесения металлов к стратегически значимым — той самой методологии по четырем признакам, о которой я говорил ранее. Сейчас эта позиция находится в проработке Минэкономразвития, ТПП и РСПП. Наши эксперты участвовали в подготовке замечаний к проектам нормативных актов, затрагивающих регулирование обращения с отходами, содержащими стратегическое сырье. Большинство этих замечаний было учтено на стадии доработки документов.
Рынком и органами власти поддержано предложение об увеличении срока инвестиционного налогового кредита с 5 до 10 лет. Соответствующие изменения в законодательство уже внесены.
Предложенные нами изменения в процедуру повторной экологической экспертизы — в части представления не всей документации, а только тех разделов, в которые вносились изменения, — были поддержаны и вошли в соответствующее постановление Правительства.
Одно из распоряжений Правительства предусматривало резкое повышение ставок платы за негативное воздействие на окружающую среду. Мы подготовили расчеты и вместе с партнерами участвовали в формировании консолидированной позиции бизнеса через РСПП. Был достигнут компромисс: вместо роста в 20 раз в 2026 году ставки выросли только на 5%, а на последующие годы решено разработать новые ставки после тестирования расчетов на примерах компаний из разных отраслей. Сейчас рабочая группа из представителей Минприроды, РСПП, профильных органов власти, РАН и Госдумы завершила оценку влияния новых ставок платы на 14 отраслей экономики — в том числе с учетом наших предложений. Сформированы итоговые предложения по корректировке в сторону снижения, обсуждение находится на финальной стадии.
Совместно с партнерами удалось показать, что готовившиеся требования к проверке отчетности по выбросам вредных веществ были чрезмерно обременительными для бизнеса. Проект нормативного акта отправлен на полную переработку.
Мы направляли в Правительство и профильные ведомства инициативы по снижению утилизационного сбора на горно-шахтное оборудование. 10 июля Первый заместитель Председателя Правительства РФ Денис Валентинович Мантуров по итогам рассмотрения инициатив бизнеса по активизации инвестиционной деятельности дал поручение Минпромторгу, Минэнерго и РСПП проработать этот вопрос.
Мы выступали с предложением вывести горные выработки из состава объектов капитального строительства — сейчас Минприроды готовит соответствующий законопроект.
Кроме того, Минприроды совместно с РСПП прорабатывает предложения, основанные в том числе на нашей инициативе, по увеличению срока действия лицензии на пользование недрами для отдельных районов Севера, Арктического шельфа и Дальневосточного федерального округа, а также сроков действия комплексного экологического разрешения и реализации программ повышения экологической эффективности для стратегических предприятий и объектов энергетики.
Пока это, скорее, вклад в процесс, чем завершенный результат. Но именно так и работает экспертное сообщество — не декларациями, а системным участием в каждой итерации проекта нормативно-правового документа».
Почему, на Ваш взгляд, сегодня в повестке дня так остро встал вопрос: что такое стратегические металлы и почему эту отрасль нужно развивать?
Возьмите любой смартфон, истребитель или магнит для электродвигателя — и внутри найдете золото, олово, галлий, ниобий, редкоземельные металлы. Без этого набора не работает ни микроэлектроника, ни оборонка, ни авиастроение. Все эксперты Альянса «СТАННУМ» сходятся в одном: технологический суверенитет и обороноспособность страны сегодня напрямую зависят не только от наличия таких металлов «в земле», но и от того, есть ли у нас доступ к этим металлам — возможность их добывать и обрабатывать, превращая в конечный продукт, необходимый промышленным технологиям.
Парадокс в том, что Россия по запасам руд этих стратегически значимых для отечественной промышленности металлов входит в первую десятку стран мира. Но, в мировом производстве самих металлов и сплавов занимает куда более скромное место, и вынуждена экспортировать сырье в низко передельном виде, а затем возвращать его же в виде готовой продукции, в десятки раз больше, чем производим сами. Острее всего это ощущает оборонно-промышленный комплекс. По ряду позиций, как считают наши эксперты, это уже не абстрактный риск, а прямая угроза обороноспособности и технологической независимости.
При этом отрасль долгие годы жила без четкой государственной политики: управление раздроблено между ведомствами, в переработку почти не вкладывались — ни на уровне проектов, ни на уровне инвестиций (проще и выгоднее казалось закупать), а кадровый голод нарастал год от года. Все это и вывело тему в топ повестки — не потому, что кто-то решил ее продвинуть, а потому что дальше откладывать уже нельзя.
Наш альянс как раз и создан с целью аккумулировать весь аналитический и экспертный потенциал, чтобы обеспечить приоритетное формирование отрасли стратегически значимых металлов с заделом на десятилетия вперед. Для этого нужно срочно расшить узкие места — четко сформулировать государственную политику в отношении стратегически значимых металлов, преодолеть фрагментарность управления, недостаток инвестиций в переработку и нарастающий дефицит кадров — все это требует быстрых системных решений именно на государственном уровне.
Сегодня в России не существует четкого определения стратегических металлов, в связи с этим стоит вопрос: как понять, на что именно нужно делать акцент в развитии?
Вот в этом и корень проблемы: единого официального перечня стратегически значимых металлов в стране просто нет. В утвержденном Правительством более 3-х лет назад перечне стратегического минерального сырья 61 позиция (в том числе подземные воды, кварцевый песок и т.п.), и по 17 из них мы критически зависим от импорта. Без четкой классификации невозможно расставить промышленные и технологические приоритеты, спланировать геологоразведку и понять, куда вкладывать деньги.
В связи с вышесказанным мы предлагаем закрепить перечень именно стратегически значимых металлов нормативным актом Правительства — и заложить в методологию отбора, как минимум, четыре критерия: критичность для обороны и высокотехнологичных отраслей; значение для технологического суверенитета; уязвимость поставок и незаменимость в производственных цепочках. Причем реестр не должен застыть раз и навсегда — мы предлагаем оперативно обновлять его вслед за технологиями и рынком. Тогда появится единая основа для планирования, целевого финансирования геологоразведки и оценки рисков импортозависимости, не говоря уже о долгосрочном интересе частных инвесторов.
С чего нужно начать изменения по формированию обновленной отрасли?
С Государственной отраслевой стратегии — без нее все остальное так и останется лишь набором разрозненных инициатив. Для наших экспертов и нас самих это не документ ради документа, а механизм, который свяжет добычу, переработку и внутренний спрос в одну цепочку. Мы уже приступили к формированию Концепции такой Стратегии — в тесном взаимодействии с партнерскими бизнес-объединениями, экспертами Ассоциации, крупнейшими госкорпорациями, академической наукой, профильными вузами и энергетическим сектором.
Но пока Стратегия формируется, ждать нельзя. Эксперты считают важным, чтобы Правительство уже сейчас провело инвентаризацию потребностей ОПК и высокотехнологичных отраслей в стратегических металлах: где конкретно мы уязвимы, сколько импортируем, до какого срока хватит текущих запасов. По итогам такого аудита — утвердить планы импортозамещения по каждой критической позиции, с указанием конкретных сроков, источников альтернативных поставок и программ локализации. И аудит этот должен идти по всей цепочке — от добычи до конечной продукции, с участием ведомств, госкорпораций и науки.
Считаем, что одна из насущных задач связана с изменением подхода к управлению отраслью, которое сегодня раздроблено между ведомствами, а единого координирующего центра просто нет. Такой центр нужен: он должен закрывать весь цикл, от геологоразведки и добычи до создания стратегических резервов. Наша экспертная позиция — при соответствующем решении им могло бы стать Государственное агентство по стратегически значимым металлам, наделенное межведомственными полномочиями, способное перевести отрасль от разрозненных инициатив к единой государственной политике.
Какую роль в формировании новой отрасли может сыграть Альянс «СТАННУМ»?
Работая и с государством, и с бизнесом в горнорудной сфере, мы столкнулись с простым фактом: решения в этой отрасли часто принимаются без учета экспертных мнений. Какие металлы действительно важны для страны? Почему? Какая помощь нужна отрасли? Для ответов на эти вопросы и была создана наша Ассоциация.
Мы видим себя объединением производителей, поставщиков и потребителей стратегических металлов — площадкой, где реально встречаются все звенья цепочки, от геологоразведки до промышленных потребителей на внутреннем и международном рынках.
В первую очередь мы формируем единое профессиональное сообщество, способное влиять на законодательные инициативы, улучшать деловой климат для производства и использования металлов — в России, ЕАЭС и шире, в странах БРИКС. Отдельно занимаемся вопросами промышленного суверенитета и безопасности страны, а также подготовки кадров в профильных вузах.
Ассоциация заключила соглашения о партнерстве с ключевыми игроками рынка: Ассоциацией «Горнопромышленники России», Ассоциацией редких и редкоземельных металлов, Корпорацией развития Дальнего Востока и Арктики, «Росатом Недра», Союзом старателей России, а также ассоциациями, объединяющими предприятия «Газпрома», энергетического сектора и многими другими. Цель у всех этих соглашений одна — единый центр компетенций, реальная площадка делового взаимодействия и консолидированная позиция отрасли в органах власти.
Альянс налаживает отношения с профильными вузами — государству нужно закрывать кадровый дефицит, и члены Альянса уже работают над системой непрерывной профориентации, подготовки и переподготовки специалистов. Совет Ассоциации одобрил создание Экспертной платформы «СТАННУМ» — это будущий единый центр компетенций по стратегическим металлам, куда мы приглашаем признанных авторитетов отрасли, ученых и практиков в добыче и металлургии, специалистов по правовому и финансовому обеспечению.
Высший научно-экспертный орган Альянса, наш интеллектуальный штаб — Совет Экспертов. В его составе академики РАН, ректоры федеральных университетов, руководители крупных предприятий отрасли, первые лица объединений горнопромышленников. Вместе с ними мы готовим стратегические документы, проводим конференции и круглые столы — как на площадке Ассоциации, так и в профильных вузах и организациях.
Так, в конце мая мы совместно с нашими партнерами — Национальным исследовательским университетом «Высшая школа экономики» и Институтом военной экономики провели экспертную сессию «Стратегические металлы: от ресурсов к искусственному интеллекту». Ключевой темой обсуждения стало обеспечение устойчивости военной экономики в условиях обострения борьбы за стратегические ресурсы и технологии. В дискуссии приняли участие более 50 представителей науки, бизнеса и экспертного сообщества, в том числе из стран ЕАЭС, Индии, ЮАР, Израиля, Турции и других стран, а также эксперты нашего Альянса: главный экономист ВЭБ РФ Андрей Клепач, научный руководитель факультета мировой экономики и мировой политики НИУ ВШЭ Сергей Караганов, заместитель директора по научной работе Института народнохозяйственного прогнозирования Российской Академии наук, член Научно-экспертного совета при Совете Безопасности РФ Игорь Фролов и другие.
Стратегические металлы во многом связаны с международной кооперацией, как и с кем планируется выстраивать диалог?
Посмотрите на карту: Россия, Китай, Бразилия, Индия, ЮАР и ОАЭ вместе держат крупнейшие в мире запасы стратегических (в том числе — драгоценных) металлов.
Создание независимой системы — своего рода альтернативы западному Critical Minerals Club, но вне его орбиты — дает России шанс стать «третьим полюсом» в глобальной архитектуре добычи стратегических металлов.
Нужны многосторонние соглашения в рамках БРИКС (и шире) о кооперации в отрасли стратегических металлов, единые стандарты качества и контракты на покупку еще не добытого сырья.
На своей экспертной платформе мы это уже обсуждали и видим смысл в создании постоянной площадки для координации добычи, переработки и поставок между странами-участницами. Такая архитектура снизит зависимость от западных рынков и институтов и создаст альтернативные цепочки поставок. С одной из крупнейших минерально-сырьевых баз в мире Россия может и должна стать ключевым игроком и координатором этого процесса.
Подтверждением этого является тот факт, что иностранные партнеры проявляют активный интерес к сотрудничеству с нашим Альянсом. Так, у нас уже заключены соответствующие соглашения с ведущей китайской консалтинговой компанией «Huahe International» и крупным индийским импортером цветных металлов «Purple Products Private Limited».
Название Альянса «СТАННУМ» связано с оловом, но в разговоре об отрасли в целом олово часто остается в стороне. Какой вы видите роль олова в развитии промышленности на фоне золота, редкоземов и других металлов?
Справедливое замечание, и мне приятно сместить фокус в эту сторону. Олово — металл с уникальной ролью: без него невозможна ни одна печатная плата, ни одна электронная сборка. В технологиях олово — на своем месте, но пока остается в тени интереса государства, редко становится темой громких новостей, в отличие от золота или редкоземов. Хотя еще в самом начале 30-х годов системные подходы государства к развитию промышленности молодой Советской республики начинались с доклада Серго Орджоникидзе о Плане развития именно оловянной промышленности. А недавние нобелевские открытия показывают огромный потенциал его использования в самых передовых современных технологиях.
При этом Россия — единственная в мире страна, где идет активное расширение добычи олова именно сейчас, в то время как большинство мировых месторождений истощаются. Развитие оловянных месторождений в Хабаровском крае, перспектива освоения Пыркакайских штокверков (россыпных месторождений) на Чукотке, работа таких компаний, как «Русолово» и «Янолово», — это, без преувеличения, редкий пример того, как страна может нарастить долю на мировом рынке конкретного металла в момент, когда конкуренты, напротив, теряют объемы. Для отрасли электроники и оборонной промышленности это стратегический актив, который сегодня недооценен именно потому, что не звучит так же громко, как драгметаллы или редкоземы.
Какие конкретные решения или документы уже удалось довести до результата — не просто соглашение о партнерстве, а реальный кейс, где позиция Альянса повлияла на нормативную практику?
Здесь я предпочитаю быть аккуратным в формулировках, потому что отраслевая политика — процесс небыстрый, и было бы преувеличением сказать, что мы уже что-то «провели» в одиночку. Но есть предметные вещи.
Мы подготовили и направили в профильные ведомства аналитическую записку по критериям отнесения металлов к стратегически значимым — той самой методологии по четырем признакам, о которой я говорил ранее. Сейчас эта позиция находится в проработке Минэкономразвития, ТПП и РСПП. Наши эксперты участвовали в подготовке замечаний к проектам нормативных актов, затрагивающих регулирование обращения с отходами, содержащими стратегическое сырье. Большинство этих замечаний было учтено на стадии доработки документов.
Рынком и органами власти поддержано предложение об увеличении срока инвестиционного налогового кредита с 5 до 10 лет. Соответствующие изменения в законодательство уже внесены.
Предложенные нами изменения в процедуру повторной экологической экспертизы — в части представления не всей документации, а только тех разделов, в которые вносились изменения, — были поддержаны и вошли в соответствующее постановление Правительства.
Одно из распоряжений Правительства предусматривало резкое повышение ставок платы за негативное воздействие на окружающую среду. Мы подготовили расчеты и вместе с партнерами участвовали в формировании консолидированной позиции бизнеса через РСПП. Был достигнут компромисс: вместо роста в 20 раз в 2026 году ставки выросли только на 5%, а на последующие годы решено разработать новые ставки после тестирования расчетов на примерах компаний из разных отраслей. Сейчас рабочая группа из представителей Минприроды, РСПП, профильных органов власти, РАН и Госдумы завершила оценку влияния новых ставок платы на 14 отраслей экономики — в том числе с учетом наших предложений. Сформированы итоговые предложения по корректировке в сторону снижения, обсуждение находится на финальной стадии.
Совместно с партнерами удалось показать, что готовившиеся требования к проверке отчетности по выбросам вредных веществ были чрезмерно обременительными для бизнеса. Проект нормативного акта отправлен на полную переработку.
Мы направляли в Правительство и профильные ведомства инициативы по снижению утилизационного сбора на горно-шахтное оборудование. 10 июля Первый заместитель Председателя Правительства РФ Денис Валентинович Мантуров по итогам рассмотрения инициатив бизнеса по активизации инвестиционной деятельности дал поручение Минпромторгу, Минэнерго и РСПП проработать этот вопрос.
Мы выступали с предложением вывести горные выработки из состава объектов капитального строительства — сейчас Минприроды готовит соответствующий законопроект.
Кроме того, Минприроды совместно с РСПП прорабатывает предложения, основанные в том числе на нашей инициативе, по увеличению срока действия лицензии на пользование недрами для отдельных районов Севера, Арктического шельфа и Дальневосточного федерального округа, а также сроков действия комплексного экологического разрешения и реализации программ повышения экологической эффективности для стратегических предприятий и объектов энергетики.
Пока это, скорее, вклад в процесс, чем завершенный результат. Но именно так и работает экспертное сообщество — не декларациями, а системным участием в каждой итерации проекта нормативно-правового документа».